MENU
Главная » Статьи » Физика любви. » Стихи

Владимир Высоцкий 05

 

Яндекс.Метрика

* * *

 
 Дорога, дорога - счета нет шагам,
 И не знаешь, где конец пути,-
 По дороге мы идем по разным сторонам
 И не можем ее перейти.

 Улыбнись мне хоть как-нибудь взглядом,
 Улыбнись - я напротив, я рядом.
 Побегу на красный свет,- оштрафуют,- не беда,- 
 Только ты подскажи мне - когда.

 Улыбка, улыбка - для кого она?
 Ведь как я ее никто не ждет.
 Я замер и глаза закрыл, открыл - но ты одна,
 А я опять прозевал переход.

 Улыбнись мне хоть как-нибудь взглядом,
 Улыбнись - я напротив, я рядом.
 Побегу на красный свет,- оштрафуют,- не беда,- 
 Только ты подскажи мне - когда.

 Шагаю, шагаю - кто мне запретит!
 И шаги отсчитывают путь.
 За тобой готов до бесконечности идти -
 Только ты не сверни куда-нибудь.

 Улыбнись мне хоть как-нибудь взглядом,
 Улыбнись - я напротив, я рядом.
 Путь наш долог, но ведь он все же кончится, боюсь,-
 Перейди, если я не решусь.


 1963, ред.

1966
» к списку 
» На отдельной странице* * *

 
 Ах, дороги узкие -
 Вкось, наперерез,-
 Версты белорусские -
 С ухабами и без.
 Как орехи грецкие,
 Щелкаю я их,-
 Ох, говорят, немецкие -
 Гладко, напрямик...

 Там, говорят, дороги - ряда по три,
 И нет табличек с "Ахтунг!" или "Хальт!".
 Ну что же - мы прокатимся, посмотрим,
 Понюхаем не порох, а асфальт.

 Горочки пологие -
 Я их - щелк да щелк!
 Но в душе, как в логове,
 Затаился волк.
 Ату, колеса гончие!
 Целюсь под обрез -
 И с волком этим кончу я
 На отметке "Брест".

 Я там напьюсь водички из колодца
 И покажу отметки в паспортах.
 Потом мне пограничник улыбнется,
 Узнав, должно быть,- или просто так.

 После всякой зауми
 Вроде: "Кто таков?"-
 Как взвились шлагбаумы
 Вверх, до облаков!
 Лишь взял товарищ в кителе
 Снимок для жены -
 И... только нас и видели
 С нашей стороны!

 Я попаду в Париж, в Варшаву, в Ниццу!
 Они - рукой подать - наискосок...
 Так я впервые пересек границу -
 И чьи-то там сомненья пресек.

 Ах, дороги скользкие -
 Вот и ваш черед,-
 Деревеньки польские -
 Стрелочки вперед;
 Телеги под навесами,
 Булыжник-чешуя...
 По-польски ни бельмеса мы -
 Ни жена, ни я!

 Потосковав о ломте, о стакане,
 Остановились где-то наугад,-
 И я сказал по-русски: "Прошу, пани!"-
 И получилось точно и впопад!

 Ах, еда дорожная
 Из немногих блюд!
 Ем неосторожно я
 Все, что подают.
 Напоследок - сладкое,
 Стало быть - кончай!
 И на их хербатку я
 Дую, как на чай.

 А панночка пощелкала на счетах
 (Всё, ка у нас - Зачем туристы врут!)-
 И я, прикинув разницу валют,
 Ей отсчитал не помню сколько злотых
 И проворчал: "По божески дерут"...

 Где же песни-здравицы,-
 Ну-ка подавай!-
 Польские красавицы,
 Для туристов - рай?
 Рядом на поляночке -
 Души нараспах -
 Веселились панночки
 С граблями в руках.

 "Да, побывала Польша в самом пекле,-
 Сказал старик и лошадей распряг...-
 Красавицы-полячки не поблекли -
 А сгинули в немецких лагерях..."

 Лемеха въедаются
 В землю, как каблук,
 Пеплы попадаются
 До сих пор под плуг.
 Память вдруг разрытая -
 Неживой укор:
 Жизни недожитые -
 Для колосьев корм.

 В моем мозгу, который вдруг сдавило
 Как обручем,- но так его, дави!-
 Варшавское восстание кровило,
 Захлебываясь в собственной крови...

 Дрались - худо, бедно ли,
 А наши корпуса -
 В пригороде медлили
 Целых два часа.
 В марш-бросок, в атаку ли -
 Рвались, как один,-
 И танкисты плакали
 На броню машин...

 Военный эпизод - давно преданье,
 В историю ушел, порос быльем,-
 Но не забыто это опозданье,
 Коль скоро мы заспорили о нем.

 Почему же медлили
 Наши корпуса?
 Почему обедали
 Эти два часа?
 Потому что, танками,
 Мокрыми от слез,
 Англичанам с янками
 Мы утерли нос!

 А может быть, разведка оплошала -
 Не доложила?.. Что теперь гадать!
 Но вот сейчас читаю я: "Варшава" -
 И еду, и хочу не опоздать!
1973
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Дурацкий сон, как кистенем,
 Избил нещадно.
 Невнятно выглядел я в нем
 И неприглядно.

 Во сне я лгал и предавал,
 И льстил легко я...
 А я и не подозревал
 В себе такое.

 Еще сжимал я кулаки
 И бил с натугой,
 Но мягкой кистию руки,
 А не упругой.

 Тускнело сновиденье, но
 Опять являлось.
 Смыкались веки, и оно
 Возобновлялось.

 Я не шагал, а семенил
 На ровном брусе,
 Ни разу ногу не сменил,-
 ТрусИл и трУсил.

 Я перед сильным лебезил,
 Пред злобным гнулся.
 И сам себе я мерзок был,
 Но не проснулся.

 Да это бред - я свой же стон
 Слыхал сквозь дрему,
 Но это мне приснился сон,
 А не другому.

 Очнулся я и разобрал
 Обрывок стона.
 И с болью веки разодрал,
 Но облегченно.

 И сон повис на потолке
 И распластался.
 Сон в руку ли? И вот в руке
 Вопрос остался.

 Я вымыл руки - он в спине
 Холодной дрожью.
 Что было правдою во сне,
 Что было ложью?

 Коль это сновиденье - мне
 Еще везенье.
 Но если было мне во сне
 Ясновиденье?

 Сон - отраженье мыслей дня?
 Нет, быть не может!
 Но вспомню - и всего меня
 Перекорежит.

 А вдруг - в костер?! и нет во мне
 Шагнуть к костру сил.
 Мне будет стыдно, как во сне,
 В котором струсил.

 Но скажут мне:- Пой в унисон!
 Жми, что есть духу!-
 И я пойму: вот это сон,
 Который в руку.
1973
» к списку 
» На отдельной странице

ДУРАЧИНА-ПРОСТОФИЛЯ

 
 Жил-был добрый дурачина-простофиля. 
 Куда его только черти не носили! 
 Но однажды, как назло,
 повезло 
 И совсем в чужое царство занесло. 

 Слезы градом - так и надо 
 Простофиле! 
 Не усаживайся задом 
 На кобыле, 
 Ду-ра-чи-на! 

 Посреди большого поля, глядь: три стула! 
 Дурачину в область печени кольнуло. 
 Сверху надпись: "Для гостей", 
 "Для князей", 
 А над третьим - "Стул для царских кровей". 

 Вот на первый стул уселся 
 Простофиля, 
 Потому что от усердья 
 Обессилел,
 Ду-ра-чи-на... 

 Только к стулу примостился дурачина, 
 Сразу слуги принесли хмельные вина. 
 Дурачина ощутил 
 много сил, 
 Элегантно ел, кутил и шутил. 

 Погляди-ка, поглазей: 
 В буйной силе 
 Влез на стул для князей 
 Простофиля -
 Ду-ра-чи-на! 

 И сейчас же бывший добрый дурачина 
 Ощутил, что он - ответственный мужчина. 
 Стал советы подавать, 
 крикнул рать 
 И почти уже решил воевать. 

 Больше, больше руки грей, 
 Ежли в силе! 
 Влез на стул для царей 
 Простофиля - 
 Ду-ра-чи-на! 

 Сразу руки потянулися к печати, 
 Сразу топать стал ногами и кричати: 
 - Будь ты князь, будь ты хоть 
 сам господь! - 
 Вот возьму и прикажу запороть! 

 Если б люди в сей момент 
 Рядом были, 
 Не сказали б комплимент 
 Простофиле - 
 Ду-ра-чи-не... 

 Но был добрый этот самый простофиля: 
 Захотел издать указ про изобилье. 
 Только стул подобных дел 
 не терпел: 
 Как тряхнет - и, ясно, тот не усидел. 

 И очнулся добрый малый 
 Простофиля, 
 У себя на сеновале - 
 В чем родили... 
 Ду-ра-чи-на!
1964
» к списку 
» На отдельной странице

ДУЭТ РАЗЛУЧЕННЫХ

 
 Дорога сломала степь напополам,
 И неясно, где конец пути,-
 По дороге мы идем по разным сторонам
 И не можем ее перейти.

 Сколько зим этот путь продлится?
 Кто-то должен рискнуть, решиться!
 Надо нам поговорить - перекресток недалек,-
 Перейди, если мне невдомек!

 Дорога, дорога поперек земли -
 Поперек судьбы глубокий след,-
 Многие уже себе попутчиков нашли
 Ненадолго, а спутников - нет.

 Промелькнет как беда ухмылка,
 Разведет навсегда развилка...
 Где же нужные слова, кто же первый их найдет?
 Я опять прозевал переход.

 Река!- избавленье послано двоим,-
 Стоит только руку протянуть...
 Но опять, опять на разных палубах стоим,-
 Подскажите же нам что-нибудь!

 Волжский ветер хмельной и вязкий,
 Шепчет в души одной подсказкой:
 Время мало - торопись и не жди конца пути,-
 Кто же первый рискнет перейти?!


 1963, ред.
1973
» к списку 
» На отдельной странице

ДУЭТ ШУРЫ И ЛИВЕРОВСКОГО

 
 - Богиня! Афродита!
 Или что-то в этом роде!
 Ах, жизнь моя разбита
 Прямо здесь, на пароходе!
 Склоню от восхищенья я
 Пред красотой такою
 Дрожащие колени я
 С дрожащей головою!

 - Ну что он ходит как тень -
 Твердит одну дребедень!
 - Возьми себе мое трепещущее сердце!
 - Нас не возьмешь на авось -
 На кой мне сердце сдалось!
 - Тогда - экзотику и страсти де-ля-Перца!

 - Какая де-ля-Перца -
 Да о чем вы говорите?
 Богиню надо вам? -
 Так и идите к Афродите!
 Вас тянет на экзотику -
 Тогда сидите дома...
 А кто это - экзотика?
 Я с нею не знакома.

 - Я вас, синьора, зову
 В волшебный сон наяву
 И предлагаю состояние и сердце,-
 Пойдем навстречу мечтам!..
 - А кем вы служите там?
 - Я - вице-консул Мигуэлла-де-ля-Перца!

 - Я не бегу от факта,
 Только вот какое дело:
 Я с консулам как-то
 Раньше дела не имела.
 А вдруг не пустят к вам в страну
 И вынесут решенье
 Послать куда подальше, ну
 А консула - в три шеи!

 - Не сомневайтесь, мадам!
 Я всех продам, все отдам -
 И распахнется перед вами рая дверца.
 Я вас одену, мадам,
 Почти как Еву Адам
 В стране волшебной Мигуэлла-де-ля-Перца.

 - Вы милый, но - пройдоха!
 А меня принарядите -
 И будет просто плохо
 Этой вашей Афродите!
 Но я не верю посулам:
 Я брошу все на свете -
 А вдруг жена у консула,
 И даже хуже- дети!

 - Ах, что вы, милая мисс!..
 - Но-но, спокойно, уймись!
 - Я напишу для вас симфонию и скерцо.
 Удача вас родила!..
 - Ах черт! Была не была!
 Валяйте, едем в Мигуэллу-делу-Перца!
1973
» к списку 
» На отдельной странице

ЕНГИБАРОВУ - ОТ ЗРИТЕЛЕЙ

 
 Шут был вор: он воровал минуты -
 Грустные минуты, тут и там,-
 Грим, парик, другие атрибуты
 Этот шут дарил другим шутам.

 В светлом цирке между номерами
 Незаметно, тихо, налегке
 Появлялся клоун между нами
 Иногда в дурацком колпаке.

 Зритель наш шутами избалован -
 Жаждет смеха он, тряхнув мошной,
 И кричит: "Да разве это клоун!
 Если клоун - должен быть смешной!"

 Вот и мы... Пока мы вслух ворчали:
 "Вышел на арену, так смеши!"-
 Он у нас тем временем печали
 Вынимал тихонько из души.

 Мы опять в сомненье - век двадцатый:
 Цирк у нас, конечно, мировой,-
 Клоун, правда, слишком мрачноватый -
 Невеселый клоун, не живой.

 Ну а он, как будто в воду канув,
 Вдруг при свете, нагло, в две руки
 Крал тоску из внутренних карманов
 Наших душ, одетых в пиджаки.

 Мы потом смеялись обалдело,
 Хлопали, ладони раздробя.
 Он смешного ничего не делал -
 Горе наше брал он на себя.

 Только - балагуря, тараторя,-
 Все грустнее становился мим:
 Потому что груз чужого горя
 По привычке он считал своим.

 Тяжелы печали, ощутимы -
 Шут сгибался в световом кольце,-
 Делались все горше пантомимы,
 И морщины глубже на лице. 

 Но тревоги наши и невзгоды
 Он горстями выгребал из нас -
 Будто обезболивал нам роды,-
 А себе - защиты не припас.

 Мы теперь без боли хохотали,
 Весело по нашим временам:
 Ах, как нас прекрасно обокрали -
 Взяли то, что так мешало нам!

 Время! И, разбив себе колени,
 Уходил он, думая свое.
 Рыжий воцарился на арене,
 Да и за пределами ее. 

 Злое наше вынес добрый гений
 За кулисы - вот нам и смешно.
 Вдруг - весь рой украденных мгновений
 В нем сосредоточился в одно.

 В сотнях тысяч ламп погасли свечи.
 Барабана дробь - и тишина...
 Слишком много он взвалил на плечи
 Нашего - и сломана спина.

 Зрители - и люди между ними -
 Думали: вот пьяница упал...
 Шут в своей последней пантомиме
 Заигрался - и переиграл.

 Он застыл - не где-то, не за морем -
 Возле нас, как бы прилег, устав,-
 Первый клоун захлебнулся горем,
 Просто сил своих не рассчитав.

 Я шагал вперед неукротимо,
 Но успев склониться перед ним.
 Этот трюк - уже не пантомима:
 Смерть была - царица пантомим!

 Этот вор, с коленей срезав путы,
 По ночам не угонял коней.
 Умер шут. Он воровал минуты -
 Грустные минуты у людей.

 Многие из нас бахвальства ради
 Не давались: проживем и так!
 Шут тогда подкрадывался сзади
 Тихо и бесшумно - на руках...

 Сгинул, канул он - как ветер сдунул!
 Или это шутка чудака?..
 Только я колпак ему - придумал,-
 Этот клоун был без колпака.
1972
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Если б водка была на одного -
 Как чудесно бы было!
 Но всегда покурить - на двоих,
 Но всегда распивать - на троих.
 Что же - на одного?
 На одного - колыбель и могила.

 От утра и до утра
 Раньше песни пелись,
 Как из нашего двора
 Все поразлетелись -
 Навсегда, кто куда,
 На долгие года.

 Говорят, что жена - на одного,-
 Спокон веку так было.
 Но бывает жена - на двоих,
 Но бывает она - на троих.
 Что же - на одного?
 На одного - колыбель и могила.

 От утра и до утра
 Раньше песни пелись,
 Как из нашего двора
 Все поразлетелись -
 Навсегда, кто куда,
 На долгие года.

 Сколько ребят у нас в доме живет,
 Сколько ребят в доме рядом!
 Сколько блатных мои песни поет,
 Сколько блатных еще сядут -
 Навсегда, кто куда,
 На долгие года!
1963
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Если б я был физически слабым -
 Я б морально устойчивым был,-
 Ни за что не ходил бы по бабам,
 Алкоголю б ни грамма не пил!

 Если б я был физически сильным -
 Я б тогда - даже думать боюсь! -
 Пил бы влагу потоком обильным,
 Но... по бабам - ни шагу, клянусь!

 Ну а если я средних масштабов -
 Что же делать мне, как же мне быть? -
 Не могу игнорировать бабов,
 Не могу и спиртного не пить!


 Конец 1950-х - начало -х
1960
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Если где-то в чужой незнакомой ночи
 Ты споткнулся и ходишь по краю,
 Не таись, не молчи, до меня докричи -
 Я твой голос услышу, узнаю.

 Может, с пулей в груди ты лежишь в спелой ржи?
 Потерпи - я спешу, и усталости ноги не чуют.
 Мы вернемся туда, где и воздух и травы врачуют,
 Только ты не умри, только кровь удержи.

 Если ж конь под тобой, ты домчи, доскачи -
 Конь дорогу отыщет буланый
 В те края, где всегда бьют живые ключи,
 И они исцелят твои раны.

 Где ты, друг,- взаперти или в долгом пути,
 На развилках каких, перепутиях и перекрестках?!
 Может быть, ты устал, приуныл,
 Заблудился в трех соснах
 И не можешь обратно дорогу найти?..

 Здесь такой чистоты из-под снега ручьи,
 Не найдешь, не придумаешь краше.
 Здесь цветы, и кусты, и деревья - ничьи,
 Стоит нам захотеть - будут наши.

 Если трудно идешь, по колено в грязи
 Да по острым камням, босиком по воде по студеной,
 Пропыленный, обветренный, дымный, огнем опаленный,
 Хоть какой доберись, добреди, доползи.
1974
» к списку 
» На отдельной странице

ЕСЛИ НРАВИТСЯ - МАЛО?..

 
 Если нравится - мало?
 Если влюбился - много?
 Если б узнать сначала,
 Если б узнать надолго!

 Где ж ты, фантазия скудная,
 Где ж ты, словарный запас!
 Милая, нежная, чудная!..
 Эх, не влюбиться бы в вас!
1961
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 

 Если я богат, как царь морской, 
 Крикни только мне: "Лови блесну!"- 
 Мир подводный и надводный свой, 
 Не задумываясь, выплесну!

 Дом хрустальный на горе для нее. 
 Сам, как пес бы, так и рос в цепи.
 Родники мои серебрянные, 
 Золотые мои россыпи!

 Если беден я, как пес, один, 
 И в дому моем шаром кати - 
 Ведь поможешь ты мне, господи! 
 Не позволишь жизнь скомкати...

 Дом хрустальный на горе для нее. 
 Сам, как пес бы, так и рос в цепи.
 Родники мои серебрянные, 
 Золотые мои россыпи!

 Не сравнил бы я любую с тобой, 
 Хоть казни меня, расстреливай. 
 Посмотри, как я любуюсь тобой,-
 Как Мадонной Рафаэлевой!

 Дом хрустальный на горе для нее. 
 Сам, как пес бы, так и рос в цепи.
 Родники мои серебрянные, 
 Золотые мои россыпи!
1967
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Есть на земле предостаточно рас -
 Просто цветная палитра,-
 Воздуха каждый вдыхает за раз
 Два с половиною литра!

 Если так дальше, так - полный привет -
 Скоро конец нашей эры:
 Эти китайцы за несколько лет
 Землю лишат атмосферы!

 Сон мне тут снился неделю подряд -
 Сон с пробужденьем кошмарным:
 Будто - я в дом, а на кухне сидят
 Мао Цзедун с Ли Сын Маном!

 И что разделился наш маленький шар
 На три огромные части,
 Нас - миллиард, их - миллиард,
 А остальное - китайцы.

 И что подают мне какой-то листок:
 На, мол, подписывай - ну же,-
 Очень нам нужен ваш Дальний Восток -
 Ах, как ужасно нам нужен!..

 Только об этом я сне вспоминал,
 Только о нем я и думал,-
 Я сослуживца недавно назвал
 Мао - простите - Цзедуном!

 Но вскорости мы на Луну полетим,-
 И что нам с Америкой драться:
 Левую - нам, правую - им,
 А остальное - китайцам.
1965
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
Еще бы - не бояться мне полетов,
Когда начальник мой Е. Б. Изотов,
Всегда в больное колет как игла.
"Эх, - говорит,- салага!
У них и то в Чикаго
Три дня назад авария была!.."

Хотя бы сплюнул, все же люди - братья,
И мы вдвоем и не под кумачом,-
Но знает, черт, что я для предприятья
Ну хоть куда, хоть как и хоть на чем!

Мне не страшно, я навеселе,-
Чтоб по трапу пройти не моргнув,
Тренируюсь уже на земле
Туго-натуго пояс стянув.

Но, слава богу, я не вылетаю -
В аэропорте время коротаю
Еще с одним таким же - побратим,-
Мы пьем седьмую за день
За то, что все мы сядем,
И может быть - туда, куда летим.

Пусть в ресторане не дают на вынос,
Там радио молчит - там благодать,-
Вбежит швейцар и рявкнет: "Кто на Вильнюс!..
Спокойно продолжайте выпивать!"

Мне лететь - острый нож и петля:
Ни привстать, ни поесть, ни курнуть,
И еще - безопасности для -
Должен я сам себя пристегнуть!

Я к автомату - в нем ума палата -
Стою и улыбаюсь глуповато:
Такое мне поведал автомат!..
Невероятно, - в Ейске -
Уже по-европейски:
Свобода слова, - если это мат.

Мой умный друг к полудню стал ломаться -
Уже наряд милиции ведут:
Он гнул винты у "ИЛа-18"
И требовал немедля парашют.

Я приятеля стал вразумлять:
"Паша, Пашенька, Паша, Пашут.
Если нам по чуть-чуть добавлять,
То на кой тебе шут парашют!.."

Друг рассказал - такие врать не станут:
Сидел он раз, ремнями не затянут,
Вдруг - взрыв! А он и к этому готов:
И тут нашел лазейку -
Расправил телогрейку
И приземлился в клумбу от цветов...

Мой вылет объявили, что ли? Я бы
Чуть подремал, чуть-чуть - теперь меня не поднимай!
Но слышу: "Пассажиры за ноябрь!
Ваш вылет переносится на май!"

Считайте меня полным идиотом,
Но я б и там летел Аэрофлотом:
У них - гуд бай - и в небо, хошь не хошь.
А тут - сиди и грейся:
Всегда задержка рейса,-
Хоть день, а все же лишний проживешь!
1979
» к списку 
» На отдельной странице

ЕЩЕ НЕ ВЕЧЕР

 
 Четыре года рыскал в море наш корсар,
 В боях и штормах не поблекло наше знамя.
 Мы научились штопать паруса,
 И затыкать пробоины телами.

 За нами гонится эскадра по пятам.
 На море штиль и не избегнуть встречи.
 Но нам сказал спокойно капитан:
 - Еще не вечер, еще не вечер!

 Вот развернулся боком флагманский фрегат,
 И левый борт окрасился дымами.
 Ответный залп - на глаз и наугад.
 Вдали пожар и смерть. Удача с нами!

 Из худших выбирались передряг,
 Но с ветром худо, и в трюме течи,
 А капитан нам шлет привычный знак:
 - Еще не вечер, еще не вечер!

 На нас глядят в бинокли, в трубы сотни глаз
 И видят нас от дыма злых и серых,
 Но никогда им не увидеть нас
 Прикованными к веслам на галерах!

 Неравный бой. Корабль кренится наш.
 Спасите наши души человечьи!
 Но крикнул капитан: - На абордаж!
 Еще не вечер! Еще не вечер!

 Кто хочет жить, кто весел, кто не тля -
 Готовьте ваши руки к рукопашной!
 А крысы пусть уходят с корабля -
 Они мешают схватке бесшабашной!

 И крысы думали: "А чем не шутит черт?!"
 И тупо прыгали, спасаясь от картечи.
 А мы с фрегатом становились к борту борт.
 Еще не вечер, еще не вечер!

 Лицо в лицо, ножи в ножи, глаза в глаза!
 Чтоб не достаться спрутам или крабам,
 Кто с кольтом, кто с кинжалом, кто в слезах, -
 Мы покидали тонущий корабль.

 Но нет! Им не послать его на дно -
 Поможет океан, взвалив на плечи.
 Ведь океан-то с нами заодно,
 И прав был капитан - еще не вечер!
1968
» к списку 
» На отдельной странице

ЖЕРТВА ТЕЛЕВИДЕНИЯ

 
 Есть телевизор - подайте трибуну,-
 Так проору - разнесется на мили!
 Он - не окно, я в окно и не плюну,-
 Мне будто дверь в целый мир прорубили. 

 Все на дому - самый полный обзор:
 Отдых в Крыму, ураган и Кобзон,
 Фильм, часть седьмая - тут можно поесть:
 Я не видал предыдущие шесть.

 Врубаю первую - а там ныряют,-
 Ну, это так себе, а с двадцати -
 "А ну-ка, девушки!" - что вытворяют!
 И все - в передничках,- с ума сойти!

 Есть телевизор - мне дом не квартира,-
 Я всею скорбью скорблю мировою,
 Грудью дышу я всем воздухом мира,
 Никсона вижу с его госпожою.

 Вот тебе раз! Иностранный глава -
 Прямо глаз в глаз, к голове голова,-
 Чуть пододвинул ногой табурет -
 И оказался с главой тет-на-тет.

 Потом - ударники в хлебопекарне,-
 Дают про выпечку до десяти.
 И вот любимая - "А ну-ка, парни!" -
 Стреляют, прыгают,- с ума сойти!

 Если не смотришь - ну пусть не болван ты,
 Но уж, по крайности, богом убитый:
 Ты же не знаешь, что ищут таланты,
 Ты же не ведаешь, кто даровитый!

 Как убедить мне упрямую Настю?! -
 Настя желает в кино - как суббота,-
 Настя твердит, что проникся я страстью
 К глупому ящику для идиота.

 Да, я проникся - в квартиру зайду,
 Глядь - дома Никсон и Жорж Помпиду!
 Вот хорошо - я бутылочку взял,-
 Жорж - посошок, Ричард, правда, не стал.

 Ну а действительность еще кошмарней,-
 Врубил четвертую - и на балкон:
 "А ну-ка, девушки!" "А ну-ка, парням!"
 Вручают премию в ООН!

 ...Ну а потом, на Канатчиковой даче,
 Где, к сожаленью, навязчивый сервис,
 Я и в бреду все смотрел передачи,
 Все заступался за Анджелу Дэвис.

 Слышу: не плачь - все в порядке в тайге,
 Выигран матч СССР-ФРГ,
 Сто негодяев захвачены в плен,
 И Магомаев поет в КВН.

 Ну а действительность еще шикарней -
 Два телевизора - крути-верти:
 "А ну-ка, девушки!" - "А ну-ка, парни!",-
 За них не боязно с ума сойти!
1972
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Живу я в лучшем из миров -
 Не нужно хижины мне!
 Земля - постель, а небо - кров,
 Мне стены - лес, могила - ров,-
 Мурашки по спине.

 Но мне хорошо!

 Мне славно жить в стране -
 Во рву, на самом дне -
 В приятной тишине.

 Лучи палят - не надо дров,-
 Любой ко мне заходи!
 Вот только жаль, не чинят кров,
 А в этом лучшем из миров
 Бывают и дожди.

 Но мне хорошо!

 Не веришь - заходи,
 Садись и не зуди,-
 Гляди, не разбуди!

 И все прекрасно - все по мне,-
 Хвала богам от меня!
 Еще есть дырка на ремне,
 Я мог бы ездить на коне -
 Да только нет коня.

 Но мне хорошо!

 Все беды - болтовня.
 Я, струнами звеня,
 Пою подряд три дня -
 Послушайте меня.
1976
» к списку 
» На отдельной странице

ЖИВУЧИЙ ПАРЕНЬ

 
 Живет живучий парень Барри,
 Не вылезая из седла,
 По горло он богат долгами,
 Но если спросишь, как дела, -

 Поглаживая пистолет,
 Сквозь зубы процедит небрежно:
 "Пока еще законов нет,
 То только на него надежда!"

 Он кручен-верчен, бит о камни,
 Но все в порядке с головой.
 Ведь он - живучий парень Барри:
 Глоток воды - и вновь живой!

 Он, если нападут на след,
 Коня по гриве треплет нежно:
 "Погоня, брат. Законов нет -
 И только на тебя надежда!"

 Ваш дом горит - черно от гари,
 И тщетны вопли к небесам:
 При чем тут Бог - зовите Барри,
 Который счеты сводит сам!

 Сухим выходит он из бед,
 Хоть не всегда суха одежда.
 Пока в законах проку нет -
 У всех лишь на него надежда!

 Да, на руку он скор с врагами,
 А другу - словно талисман.
 Таков живучий парень Барри -
 Полна душа и пуст карман!

 Он вовремя найдет ответ,
 Коль свару заведет невежда,-
 Пока в стране законов нет,
 То только на себя надежда.
1976
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Жил-был один чудак,-
 Он как-то раз, весной,
 Сказал чуть-чуть не так -
 И стал невыездной.

 А, может, что-то спел не то
 По молодости лет.
 А, может, выпил два по сто
 С кем выпивать не след.

 Он письма отправлял -
 Простым и заказным,
 И не подозревал,
 Что стал невыездным.

 Да и не собирался он
 На выезд никуда -
 К друзьям лишь ездил на поклон
 В другие города.

 На сплетни он махнул
 Свободною рукой,-
 Сидел и в ус не дул
 Чудак невыездной.

 С ним вежливы, на "вы" везде,
 Без спущенных забрал,
 Подписку о невыезде
 Никто с него не брал.

 Он в карточной игре
 Не гнался за игрой -
 Всегда без козырей
 И вечно "без одной".

 И жил он по пословице:
 Хоть эта мысль не та -
 Все скоро обеззлобится
 И встанет на места.

 И он пером скрипел -
 То злее, то добрей,-
 Писал себе и пел
 Про всяческих зверей:

 Что, мол, сбежал гиппопотам
 С Египта в Сомали -
 Хотел обосноваться там,
 Да высох на мели.

 Но строки те прочлись
 Кому-то поутру -
 И, видимо, пришлись
 С утра не по нутру.

 Должно быть, между строк прочли,
 Что бегемот - не тот,
 Что Сомали - не Сомали,
 Что все наоборот.

 Прочли, от сих до всех
 Разрыв и перерыв,
 Закрыли это в сейф,
 И все - на перерыв.

 Чудак пил кофе натощак -
 Такой же заводной,-
 Но для кого-то был чудак
 Уже невыездной.

 ...Пришла пора - а то
 Он век бы не узнал,
 Что он совсем не то,
 За что себя считал.

 И после нескольких атак,
 В июльский летний зной
 Ему сказали: "Ты, чудак,
 Давно невыездной!"

 Другой бы, может, и запил,
 А он махнул рукой:
 "Что я,- когда и Пушкин был
 Всю жизнь невыездной!"
1973
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Жили-были на море -
 Это значит плавали,
 Курс держали правильный, слушались руля.
 Заходили в гавани -
 Слева ли, справа ли -
 Два красивых лайнера, судна, корабля:

 Белоснежнотелая,
 Словно лебедь белая,
 В сказочно-классическом плане,-
 И другой - он в тропики
 Плавал в черном смокинге -
 Лорд - трансатлантический лайнер.

 Ах, если б ему в голову пришло,
 Что в каждый порт уже давно влюбленно,
 Спешит к нему под черное крыло
 Стремительная белая мадонна!

 Слезы льет горючие
 В ценное горючее
 И всегда надеется в тайне,
 Что, быть может, в Африку
 Не уйдет по графику
 Этот недогадливый лайнер.

 Ах, если б ему в голову взбрело,
 Что в каждый порт уже давно влюбленно
 Прийти к нему под черное крыло
 Опаздывает белая мадонна!

 Кораблям и поздняя
 Не к лицу коррозия,
 Не к лицу морщины вдоль белоснежных крыл,
 И подтеки синие
 Возле ватерлинии,
 И когда на смокинге левый борт подгнил.

 Горевал без памяти
 В доке, в тихой заводи,
 Зол и раздосадован крайне,
 Ржавый и взъерошенный
 И командой брошенный,
 В гордом одиночестве лайнер.

 А ей невероятно повезло:
 Под танго музыкального салона
 Пришла к нему под черное крыло -
 И встала рядом белая мадонна!
1974
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 За меня невеста отрыдает честно, 
 За меня ребята отдадут долги, 
 За меня другие отпоют все песни, 
 И, быть может, выпьют за меня враги. 

 Не дают мне больше интересных книжек, 
 И моя гитара - без струны, 
 И нельзя мне выше, и нельзя мне ниже, 
 И нельзя мне солнца, и нельзя луны. 

 Мне нельзя на волю - не имею права, 
 Можно лишь от двери - до стены, 
 Мне нельзя налево, мне нельзя направо, 
 Можно только неба кусок, можно только сны. 

 Сны про то, как выйду, как замок мой снимут, 
 Как мою гитару отдадут. 
 Кто меня там встретит, как меня обнимут 
 И какие песни мне споют?
1963
» к списку 
» На отдельной странице

ЗАБЫЛИ

 
 Икона висит у них в левом углу -
 Наверно, они молокане,-
 Лежит мешковина у них на полу,
 Затоптанная каблуками.

 Кровати да стол - вот и весь их уют,-
 И две - в прошлом винные - бочки,-
 Я словно попал в инвалидный приют -
 Прохожий в крахмальной сорочке.

 Мне дали вино - и откуда оно!-
 На рубль - два здоровых кувшина,-
 А дед - инвалид без зубов и без ног -
 Глядел мне просительно в спину.

 "Желаю удачи!" - сказал я ему.
 "Какая там на хрен удача!"
 Мы выпили с ним, посидели в дыму,-
 И начал он сразу, и начал!..

 "А что,- говорит,- мне дала эта власть
 За зубы мои и за ноги!
 А дел - до черта,- напиваешься всласть -
 И роешь культями дороги.

 Эх, были бы ноги - я б больше успел,
 Обил бы я больше порогов!
 Да толку, я думаю,- дед просипел,-
 Да толку б и было немного".

 "Что надобно, дед?" - я спросил старика.
 "А надобно самую малость:
 Чтоб - бог с ним, с ЦК,- но хотя бы ЧК
 Судьбою интересовалась..."
1967
» к списку 
» На отдельной странице

ЗАПОВЕДНИК

 
 Бегают по лесу стаи зверей -
 Не за добычей, не на водопой:
 Денно и нощно они егерей
 Ищут веселой толпой.

 Звери, забыв вековечные страхи,
 С твердою верой, что все по плечу,
 Шкуры рванув на груди как рубахи,
 Падают навзничь - бери не хочу!

 Сколько их в кущах,
 Сколько их в чащах -
 Ревом ревущих,
 Рыком рычащих!
 
 Рыбы пошли косяком против волн -
 Черпай руками, иди по ним вброд!
 Сколько желающих прямо на стол,
 Сразу на блюдо - и в рот!

 Рыба не мясо - она хладнокровней -
 В сеть норовит, на крючок, в невода:
 Рыбы погреться хотят на жаровне,-
 Море - по жабры, вода - не вода!

 Сколько их в кущах,
 Сколько их в чащах -
 Сколько ползущих,
 Сколько летящих!

 Птица на дробь устремляет полет -
 Птица на выдумки стала хитра:
 Чтобы им яблоки всунуть в живот,
 Гуси не ели с утра.

 Сильная птица сама на охоте
 Слабым собратьям кричит: "Сторонись!"-
 Жизнь прекращает в зените, на взлете,
 Даже без выстрела падая вниз.

 Сколько их в рощах,
 Сколько их в чащах -
 Ревом ревущих,
 Рыком рычащих!
 Сколько ползущих
 Сколько бегущих,
 Сколько летящих,
 И сколько плывущих!

 Шкуры не хочет пушнина носить -
 Так и стремится в капкан и в загон,-
 Чтобы людей приодеть, утеплить,
 Рвется из кожи вон.

 В ваши силки - призадумайтесь, люди!-
 Прут добровольно в отменных мехах
 Тысячи сот в иностранной валюте,
 Тысячи тысячей в наших деньгах.

 В рощах и чащах,
 В дебрях и кущах
 Сколько рычащих,
 Сколько ревущих,
 Сколько пасущихся,
 Сколько кишащих
 Мечущих, рвущихся,
 Живородящих,
 Серых, обычных,
 В перьях нарядных,
 Сколько их, хищных
 И травоядных,
 Шерстью линяющих,
 Шкуру меняющих,
 Блеющих, лающих,
 Млекопитающих,
 Сколько летящих,
 Бегущих, ползущих,
 Сколько непьющих
 В рощах и кущах
 И некурящих
 В дебрях и чащах,
 И пресмыкающихся,
 И парящих,
 И подчиненных,
 И руководящих,
 Вещих и вящих,
 Рвущих и врущих -
 В рощах и кущах,
 В дебрях и чащах!

 Шкуры - не порчены, рыба - живьем,
 Мясо без дроби - зубов не сломать,-
 Ловко, продуманно, просто, с умом,
 Мирно - зачем же стрелять!

 Каждому егерю - белый передник!
 В руки - таблички: "Не бей!", "Не губи!"
 Все это вместе зовут - заповедник,-
 Заповедь только одна: не убий!

 Но сколько в дебрях,
 Рощах и кущах -
 И сторожащих,
 И стерегущих,
 И загоняющих,
 В меру азартных,
 Плохо стреляющих,
 И предынфарктных,
 Травящих, лающих,
 Конных и пеших,
 И отдыхающих
 С внешностью леших,
 Сколько их, знающих
 И искушенных,
 Не попадающих
 В цель, разозленных,
 Сколько бегущих,
 Ползущих, орущих,
 В дебрях и чащах,
 Рощах и кущах -
 Сколько дрожащих,
 Портящих шкуры,
 Сколько ловящих
 На самодуры,
 Сколько типичных,
 Сколько всеядных,
 Сколько их, хищных
 И травоядных,
 И пресмыкающихся,
 И парящих,
 В рощах и кущах,
 В дебрях и чащах!
1972
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Запомню, оставлю в душе этот вечер -
 Не встречу с друзьями, не праздничный стол:
 Сегодня я сам - самый главный диспетчер,
 И стрелки сегодня я сам перевел.

 И пусть отправляю составы в пустыни,
 Где только барханы в горячих лучах,-
 Мои поезда не вернутся пустыми,
 Пока мой оазис еще не зачах.

 Свое я отъездил, и даже сверх нормы,-
 Стою, вспоминаю, сжимая флажок,
 Как мимо меня проносились платформы
 И реки - с мостами, которые сжег.

 Теперь отправляю составы в пустыни,
 Где только барханы в горячих лучах,-
 Мои поезда не вернутся пустыми,
 Пока мой оазис еще не зачах.

 Они без меня понесутся по миру -
 Я рук не ломаю, навзрыд не кричу,-
 А то мне навяжут еще пассажиров -
 Которых я вовсе сажать не хочу.

 Итак, я отправил составы в пустыни,
 Где только барханы в горячих лучах,-
 Мои поезда не вернутся пустыми,
 Пока мой оазис еще не зачах.

 Растаяли льды, километры и годы -
 Мой первый состав возвратился назад,-
 Он мне не привез драгоценной породы,
 Но он - возвратился, и рельсы гудят.

 Давай постоим и немного остынем:
 ты весь раскален - ты не встретил реки.
 Я сам не поехал с тобой по пустыням -
 И вот мой оазис убили пески.
1970
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Запретили все цари всем царевичам
 Строго-настрого ходить по Гуревичам,
 К Рабиновичам не сметь, тоже - к Шифманам,-
 Правда, Шифманы нужны лишь для рифмы нам.

 В основном же речь идет за Гуревичей:
 Царский род ну так и прет к ихней девичьей -
 Там три дочки - три сестры, три красавицы -
 За царевичей цари опасаются.

 И Гуревичи всю жизнь озабочены:
 Хоть живьем в гробы ложись из-за доченек!
 Не устали бы про них песню петь бы мы,
 Но назвали всех троих дочек ведьмами.

 И сожгли всех трех цари их, умеючи,
 И рыдали до зари все царевичи.
 Не успел растаять дым костров еще,
 А царевичи пошли к Рабиновичам.

 Там три дочки - три сестры, три красавицы -
 И опять, опять цари опасаются.
 Ну, а Шифманы смекнули - и Жмеринку
 Вмиг покинули,- махнули в Америку.


 или
1967
» к списку 
» На отдельной странице

ЗАРИСОВКА О ЛЕНИНГРАДЕ

 
 В Ленинграде-городе
 у Пяти Углов
 Получил по морде
 Саня Соколов:
 Пел немузыкально,
 скандалил,-
 Ну и, значит, правильно,
 что дали.

 В Ленинграде-городе -
 тишь и благодать!
 Где шпана и воры где?
 Просто не видать!
 Не сравнить с Афинами -
 прохладно,
 Правда, шведы с финнами,-
 ну ладно!

 В Ленинграде-городе -
 как везде, такси,-
 Но не остановите -
 даже не проси!
 Если сильно водку пьешь
 по пьянке -
 Не захочешь, а дойдешь
 к стоянке!
1967
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Зарыты в нашу память на века
 И даты, и события, и лица,
 А память - как колодец глубока.
 Попробуй заглянуть - наверняка
 Лицо - и то - неясно отразится.

 Разглядеть, что истинно, что ложно
 Может только беспристрастный суд:
 Осторожно с прошлым, осторожно -
 Не разбейте глиняный сосуд!

 Иногда как-то вдруг вспоминается
 Из войны пара фраз -
 Например, что сапер ошибается
 Только раз.

 Одни его лениво ворошат,
 Другие неохотно вспоминают,
 А третьи - даже помнить не хотят,-
 И прошлое лежит, как старый клад,
 Который никогда не раскопают.

 И поток годов унес с границы
 Стрелки - указатели пути,-
 Очень просто в прошлом заблудиться -
 И назад дороги не найти.

 Иногда как-то вдруг вспоминается
 Из войны пара фраз -
 Например, что сапер ошибается
 Только раз.

 С налета не вини - повремени:
 Есть у людей на все свои причины -
 Не скрыть, а позабыть хотят они,-
 Ведь в толще лет еще лежат в тени
 Забытые заржавленные мины.

 В минном поле прошлого копаться -
 Лучше без ошибок,- потому
 Что на минном поле ошибаться
 Просто абсолютно ни к чему.

 Иногда как-то вдруг вспоминается
 Из войны пара фраз -
 Например, что сапер ошибается
 Только раз.

 Один толчок - и стрелки побегут,-
 А нервы у людей не из каната,-
 И будет взрыв, и перетрется жгут...
 Но, может, мину вовремя найдут
 И извлекут до взрыва детонатор!

 Спит земля спокойно под цветами,
 Но когда находят мины в ней -
 Их берут умелыми руками
 И взрывают дальше от людей.

 Иногда как-то вдруг вспоминается
 Из войны пара фраз -
 Например, что сапер ошибается
 Только раз.

 
 До
1978
» к списку 
» На отдельной странице

ЗАТЯЖНОЙ ПРЫЖОК

 
Хорошо, что за ревом не слышалось звука,
Что с позором своим был один на один:
Я замешкался возле открытого люка —
И забыл пристегнуть карабин.

Мой инструктор помог — и коленом пинок —
Перейти этой слабости грань:
За обычное наше: "Смелее, сынок!"
Принял я его сонную брань.

 И оборвали крик мой,
 И обожгли мне щеки
 Холодной острой бритвой
 Восходящие потоки.
 И звук обратно в печень мне
 Вогнали вновь на вдохе
 Веселые, беспечные
 Воздушные потоки.

Я попал к ним в умелые, цепкие руки:
Мнут, швыряют меня — что хотят, то творят!
И с готовностью я сумасшедшие трюки
Выполняю шутя — все подряд.

 И обрывали крик мой,
 И выбривали щеки
 Холодной острой бритвой
 Восходящие потоки.
 И кровь вгоняли в печень мне,
 Упруги и жестоки,
 Невидимые встречные
 Воздушные потоки.

Но рванул я кольцо на одном вдохновенье,
Как рубаху от ворота или чеку.
Это было в случайном свободном паденье —
Восемнадцать недолгих секунд.

А теперь — некрасив я, горбат с двух сторон,
В каждом горбе — спасительный шелк.
Я на цель устремлен и влюблен, и влюблен
В затяжной, неслучайный прыжок!

 И обрывают крик мой,
 И выбривают щеки
 Холодной острой бритвой
 Восходящие потоки.
 И проникают в печень мне
 На выдохе и вдохе
 Бездушные и вечные
 Воздушные потоки.

Беспримерный прыжок из глубин стратосферы —
По сигналу "Пошел!" я шагнул в никуда,—
За невидимой тенью безликой химеры,
За свободным паденьем — айда!

Я пробьюсь сквозь воздушную ватную тьму,
Хоть условья паденья не те.
Но и падать свободно нельзя — потому,
Что мы падаем не в пустоте.

 И обрывают крик мой,
 И выбривают щеки
 Холодной острой бритвой
 Восходящие потоки.
 На мне мешки заплечные,
 Встречаю — руки в боки —
 Прямые, безупречные
 Воздушные потоки.

Ветер в уши сочится и шепчет скабрезно:
"Не тяни за кольцо — скоро легкость придет..."
До земли триста метров — сейчас будет поздно!
Ветер врет, обязательно врет!

Стропы рвут меня вверх, выстрел купола — стоп!
И — как не было этих минут.
Нет свободных падений с высот, но зато
Есть свобода раскрыть парашют!

 Мне охлаждают щеки
 И открывают веки —
 Исполнены потоки
 Забот о человеке!
 Глазею ввысь печально я —
 Там звезды одиноки —
 И пью горизонтальные
 Воздушные потоки.
1973
» к списку 
» На отдельной странице

ЗВЕЗДЫ

 
 Мне этот бой не забыть нипочем,- 
 Смертью пропитан воздух. 
 А с небосвода бесшумным дождем 
 Падали звезды. 

 Вот снова упала, и я загадал - 
 Выйти живым из боя! 
 Так свою жизнь я поспешно связал 
 С глупой звездою. 

 Нам говорили: "Нужна высота!" 
 И "Не жалеть патроны!" 
 Вон покатилась вторая звезда - 
 Вам на погоны. 

 Я уж решил - миновала беда, 
 И удалось отвертеться... 
 С неба скатилась шальная звезда 
 Прямо под сердце. 

 Звезд этих в небе - как рыбы в прудах, 
 Хватит на всех с лихвою. 
 Если б не насмерть,- ходил бы тогда 
 Тоже героем. 

 Я бы звезду эту сыну отдал, 
 Просто на память... 
 В небе висит, пропадает звезда - 
 Некуда падать. 


 Июль
1964
» к списку 
» На отдельной странице

 

Категория: Стихи | Добавил: aaa2158 (27.11.2015)
Просмотров: 81 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar