MENU
Главная » Статьи » Физика любви. » Стихи

Владимир Высоцкий 01

 

Яндекс.Метрика

 

* * *

 
 "Не бросать", "Не топтать" -
 Это можно понять!
 Или, там, "Не сорить",-
 Это что говорить!

 "Без звонка не входить" -
 Хорошо, так и быть,-
 Я нормальные не
 Уважаю вполне.

 Но когда это не -
 Приносить-распивать,-
 Это не - не по мне,
 Не могу принимать!

 Вот мы делаем вид
 За проклятым "козлом":
 Друг костяшкой стучит -
 Мол, играем - не пьем.

 А красиво ль - втроем
 Разливать под столом?
 А что - лучше втроем
 Лезть с бутылкою в дом?

 Ну а дома жена -
 Не стоит на ногах,-
 И не знает она
 О подкожных деньгах.

 Если с ночи - молчи,
 Не шуми, не греми,
 Не кричи, не стучи,
 Пригляди за детьми!..

 Где же тут пировать:
 По стакану - и в путь,-
 А начнешь шуровать -
 Разобьешь что-нибудь.

 И соседка опять -
 "Алкоголик!" - орет,-
 А начнешь возражать -
 Участковый придет.

 Он, пострел, все успел -
 Вон составится акт:
 нецензурно, мол, пел,
 Так и так, так и так; 

 Съел кастрюлю с гусем,
 У соседки лег спать,-
 И еще - то да се,-
 Набежит суток пять.

 Так и может все быть -
 Если расшифровать
 Это "Не приносить",
 Это "Не распивать".

 Я встаю ровно в шесть -
 Это надо учесть,-
 До без четверти пять
 У станка мне стоять.

 Засосу я кваску
 Иногда в перерыв -
 И обратно к станку,
 Даже не покурив.

 И точу я в тоске
 Шпинделя да фрезы,-
 Ну а на языке -
 Вкус соленой слезы. 

 Покурить, например...
 Но нельзя прерывать,-
 И мелькает в уме
 Моя бедная "мать".

 Дома я свежий лук
 На закуску крошу,
 Забываюсь - и вслух
 Это произношу.

 И глядит мне сосед -
 И его ребятня -
 Укоризненно вслед,
 Осуждая меня.
 

 Между 1970 и
1978
» к списку 
» На отдельной странице

"РЯДОВОЙ БОРИСОВ!"- "Я!"

 
 "Рядовой Борисов!"- "Я!"- "Давай, как было дело!"
 "Я держался из последних сил:
 Дождь хлестал, потом устал, потом уже стемнело...
 Только я его предупредил!

 На первый окрик: "Кто идет?" он стал шутить,
 На выстрел в воздух закричал: "Кончай дурить!"
 Я чуть замешкался и, не вступая в спор,
 Чинарик выплюнул - и выстрелил в упор".

 "Бросьте, рядовой, давайте правду,- вам же лучше!
 Вы б его узнали за версту..."
 "Был туман - узнать не мог - темно, на небе тучи,-
 Кто-то шел - я крикнул в темноту.

 На первый окрик: "Кто идет?" он стал шутить,
 На выстрел в воздух закричал: "Кончай дурить!"
 Я чуть замешкался и, не вступая в спор,
 Чинарик выплюнул - и выстрелил в упор".

 "Рядовой Борисов,- снова следователь мучил,-
 Попадете вы под трибунал!"
 "Я был на посту - был дождь, туман, и были тучи,-
 Снова я устало повторял.-

 На первый окрик: "Кто идет?" он стал шутить,
 На выстрел в воздух закричал: "Кончай дурить!"
 Я чуть замешкался и, не вступая в спор,
 Чинарик выплюнул - и выстрелил в упор".

 ...Год назад - а я обид не забываю скоро -
 В шахте мы повздорили чуток,-
 Правда, по душам не получилось разговора:
 Нам мешал отбойный молоток.

 На крик души: "Оставь ее!" он стал шутить,
 На мой удар он закричал: "Кончай дурить!"
 Я чуть замешкался - я был обижен, зол,-
 Чинарик выплюнул, нож бросил и ушел.

 Счастие мое, что оказался он живучим!...
 Ну а я - я долг свой выполнял.
 Правда ведь,- был дождь, туман, по небу плыли тучи...
 По уставу - правильно стрелял!

 На первый окрик: "Кто идет?" он стал шутить,
 На выстрел в воздух закричал: "Кончай дурить!"
 Я чуть замешкался и, не вступая в спор,
 Чинарик выплюнул - и выстрелил в упор.
1969
» к списку 
» На отдельной странице

07

 
 Людмиле Орловой

Для меня эта ночь вне закона. 
Я пишу - по ночам больше тем. 
Я хватаюсь за диск телефона 
И набираю вечное 07.

 Девушка, здравствуйте! 
 Как вас звать? Тома. 
 Семьдесят вторая! Жду, дыханье затая! 
 Быть не может, повторите, я уверен - дома! 
 А, вот уже ответили... Ну, здравствуй, - это я!

Эта ночь для меня вне закона. 
Я не сплю, я кричу - поскорей! 
Почему мне в кредит, по талону 
Предлагают любимых людей?

 Девушка! Слушайте! 
 Семьдесят вторая! 
 Не могу дождаться, и часы мои стоят. 
 К дьяволу все линии, я завтра улетаю! 
 А, вот уже ответили... Ну, здравствуй, - это я!

Телефон для меня, как икона, 
Телефонная книга - триптих, 
Стала телефонистка мадонной, 
Расстоянья на миг сократив.

 Девушка, милая! 
 Я прошу, продлите! 
 Вы теперь, как ангел, - не сходите ж с алтаря! 
 Самое главное - впереди, поймите, 
 Вот уже ответили... Ну, здравствуй, - это я!

Что, опять поврежденье на трассе? 
Что, реле там с ячейкой шалят? 
Все равно, буду ждать, я согласен 
Начинать каждый вечер с нуля!

 07, здравствуйте!
 Снова я. Что вам?
 Нет! Уже не нужно. Нужен город Магадан.
 Я даю вам слово, что звонить не буду снова.
 Просто друг один узнать, как он бедняга, там.

Эта ночь для меня вне закона.
Ночи все у меня не для сна.
А усну - мне приснится мадонна,
На кого-то похожа она.

 Девушка, милая!
 Снова я, Тома!
 Не могу дождаться, и часы мои стоят.
 Да, меня. Конечно, я. Да, я, конечно, дома! 
 - Вызываю. Отвечайте. - Здравствуй, это я!
1967
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 А мы живем в мертвящей пустоте,-
 Попробуй надави - так брызнет гноем,-
 И страх мертвящий заглушаем воем -
 И те, что первые, и люди, что в хвосте.

 И обязательные жертвоприношенья,
 Отцами нашими воспетые не раз,
 Печать поставили на наше поколенье -
 Лишили разума и памяти и глаз.
 

 или
1979
» к списку 
» На отдельной странице

АГЕНТ 07

 
 Себя от надоевшей славы спрятав,
 В одном из их Соединенных Штатов,
 В глуши и дебрях чуждых нам систем
 Жил-был, известный больше, чем Иуда,
 Живое порожденье Голливуда,
 Артист Джеймс Бонд, шпион, агент-07.

 Был этот самый парень звезда - ни дать ни взять,
 Настолько популярен, что страшно рассказать.
 Да шуточное ль дело? Почти что полубог.
 Известный всем Марчелло в сравненьи с ним - щенок!

 Он на своей, на загородной вилле
 Скрывался, чтоб его не подловили
 И умирал от скуки и тоски.
 А то, бывало, встретят у квартиры,
 Набросятся и рвут на сувениры
 Последние штаны и пиджаки.

 Вот так и жил, как в клетке. Ну а в кино потел.
 Различные разведки дурачил, как хотел.
 То ходит в чьей-то шкуре, то в пепельнице спит,
 А то на абажуре кого-то соблазнит.

 И вот, артиста этого - Джеймс Бонда -
 Товарищи из Гос- и Фильмофонда
 В совместную картину к нам зовут.
 Чтоб граждане его не узнавали,
 Он к нам решил приехать в одеяле,
 Мол, все равно на клочья разорвут.

 Ну посудите сами: на проводах в USА
 Все хиппи с волосами побрили волоса,
 С него сорвали свитер, отгрызли вмиг часы,
 И разобрали плиты со взлетной полосы.

 И вот в Москве нисходит он по трапу,
 Дает доллар носильщику на лапу
 И прикрывает личность на ходу.
 Вдруг кто-то шасть на "газике" к агенту
 И киноленту вместо документа,
 Что, мол, свои, мол, хау ду ю ду.

 Огромная колонна стоит сама в себе -
 Встречают чемпиона по стендовой стрельбе.
 Попал во все, что было, он выстрелом с руки,
 По нем бабье сходило с ума и мужики.

 Довольный, что его не узнавали,
 Он одеяло снял в "Национале".
 Но, несмотря на личность и акцент,
 Его там обозвали оборванцем,
 Который притворился иностранцем
 И заявил, что, дескать, он агент.

 Швейцар его за ворот... Решил открыться он,
 "07 я". - "Вам межгород? Так надо взять талон".
 Во рту скопилась пена и горькая слюна,
 И в позе супермена он уселся у окна.

 Но кинорежиссеры прибежали
 И недоразумение замяли,
 И разменяли фунты на рубли...
 Уборщица кричала: "Вот же пройда,
 Подумаешь, агентишко какой-то.
 У нас в девятом принц из Сомали".
1974
» к списку 
» На отдельной странице

АИСТЫ

 
Небо этого дня ясное,
Но теперь в нем броня лязгает.
А по нашей земле гул стоит,
И деревья в смоле, - грустно им.
 Дым и пепел встают, как кресты,
 Гнезд по крышам не вьют аисты.

Колос - в цвет янтаря, успеем ли?
Нет! Выходит, мы зря сеяли.
Что ж там цветом в янтарь светится?
Это в поле пожар мечется.
 Разбрелись все от бед в стороны.
 Певчих птиц больше нет - вороны.

И деревья в пыли - к осени,
Те, что песни могли, - бросили.
И любовь не для нас. Верно ведь?
Что нужнее сейчас? Ненависть.
 Дым и пепел встают, как кресты,
 Гнезд по крышам не вьют аисты.

Лес шумит, как всегда, кронами,
А земля и вода - стонами.
Но нельзя без чудес - аукает
Довоенными лес звуками.
 Побрели все от бед на Восток,
 Певчих птиц больше нет, нет аистов.

Воздух звуки хранит разные,
Но теперь в нем гремит, лязгает.
Даже цокот копыт - топотом,
Если кто закричит - шепотом.
 Побрели все от бед на Восток,
 И над крышами нет аистов.

1967
» к списку 
» На отдельной странице

АНТИСЕМИТЫ

 
Зачем мне считаться шпаной и бандитом -
Не лучше ль податься мне в антисемиты:
На их стороне хоть и нету законов,-
Поддержка и энтузиазм миллионов.

Решил я - и, значит, кому-то быть битым,
Но надо ж узнать, кто такие семиты,-
А вдруг это очень приличные люди,
А вдруг из-за них мне чего-нибудь будет!

Но друг и учитель - алкаш в бакалее -
Сказал, что семиты - простые евреи.
Да это ж такое везение, братцы,-
Теперь я спокоен - чего мне бояться!

Я долго крепился, ведь благоговейно
Всегда относился к Альберту Эйнштейну.
Народ мне простит, но спрошу я невольно:
Куда отнести мне Абрама Линкольна?

Средь них - пострадавший от Сталина Каплер,
Средь них - уважаемый мной Чарли Чаплин,
Мой друг Рабинович и жертвы фашизма,
И даже основоположник марксизма.

Но тот же алкаш мне сказал после дельца,
Что пьют они кровь христианских младенцев;
И как-то в пивной мне ребята сказали,
Что очень давно они бога распяли!

Им кровушки надо - они по запарке
Замучили, гады, слона в зоопарке!
Украли, я знаю, они у народа
Весь хлеб урожая минувшего года!

По Курской, Казанской железной дороге
Построили дачи - живут там как боги...
На все я готов - на разбой и насилье,-
И бью я жидов - и спасаю Россию!
1964
» к списку 
» На отдельной странице

* * *

 
 Ах, откуда у меня грубые замашки?!
 Походи с мое, поди даже не пешком...
 Меня мама родила в сахарной рубашке,
 Подпоясала меня красным ремешком.

 Дак откуда у меня хмурое надбровье?
 От каких таких причин белые вихры?
 Мне папаша подарил бычее здоровье
 И в головушку вложил не "хухры-мухры"

 Начинал мытье мое я с Сандуновских бань я, -
 Вместе с потом выгонял злое недобро.
 Годен - в смысле чистоты и образованья,
 Тут и голос должен быть - чисто серебро.

 Пел бы ясно я тогда, пел бы я про шали,
 Пел бы я про самое главное для всех,
 Все б со мной здоровкались, все бы меня прощали,
 Но не дал Бог голоса, - нету, как на грех!

 Но воспеть-то хочется, да хотя бы шали,
 Да хотя бы самое главное и то!
 И кричал со всхрипом я - люди не дышали,
 И никто не морщился, право же, никто!

 От кого же сон такой, да вранье да хаянье?
 Я всегда имел в виду мужиков, не дам.
 Вы же слушали меня, затаив дыханье,
 А теперь ханыжите - только я не дам.

 Был раб Божий, нес свой крест, были у раба вши.
 Отрубили голову - испугались вшей.
 Да поплакав, разошлись, солоно хлебавши,
 И детишек не забыв вытолкать взашей.
1976
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О БОРЬБЕ

 
 Сpедь оплывших свечей и вечеpних молитв,
 Сpедь военных тpофеев и миpных костpов
 Жили книжные дети, не знавшие битв,
 Изнывая от мелких своих катастpоф.

 Детям вечно досаден
 Их возpаст и быт,-
 И дpались мы до ссадин,
 До смеpтных обид.
 Hо одежды латали
 Hам матеpи в сpок,
 Мы же книги глотали,
 Пьянея от стpок.

 Липли волосы нам на вспотевшие лбы,
 И сосало под ложечкой сладко от фpаз,
 И кpужил наши головы запах боpьбы,
 Со стpаниц пожелтевших слетая на нас.

 И пытались постичь
 Мы, не знавшие войн,
 За воинственный клич
 Пpинимавшие вой,
 Тайну слова "пpиказ",
 Hазначенье гpаниц,
 Смысл атаки и лязг
 Боевых колесниц.

 А в кипящих котлах пpежних боен и смут
 Столько пищи для маленьких наших мозгов!
 Мы на pоли пpедателей, тpусов, иуд
 В детских игpах своих назначали вpагов.

 И злодея следам
 Hе давали остыть,
 И пpекpаснейших дам
 Обещали любить,
 И, дpузей успокоив
 И ближних любя,
 Мы на pоли геpоев
 Вводили себя.

 Только в гpезы нельзя насовсем убежать:
 Кpаткий век у забав - столько боли вокpуг!
 Постаpайся ладони у меpтвых pазжать
 И оpужье пpинять из натpуженных pук.

 Испытай, завладев
 Еще теплым мечом
 И доспехи надев,
 Что почем, что почем!
 Разбеpись, кто ты - тpус
 Иль избpанник судьбы,
 И попpобуй на вкус
 Hастоящей боpьбы.

 И когда pядом pухнет изpаненный дpуг,
 И над пеpвой потеpей ты взвоешь, скоpбя,
 И когда ты без кожи останешься вдpуг
 Оттого, что убили его - не тебя,-

 Ты поймешь, что узнал,
 Отличил, отыскал
 По оскалу забpал:
 Это - смеpти оскал!
 Ложь и зло - погляди,
 Как их лица гpубы!
 И всегда позади -
 Воpонье и гpобы.

 Если, путь пpоpубая отцовским мечом,
 Ты соленые слезы на ус намотал,
 Если в жаpком бою испытал, что почем,-
 Значит, нужные книги ты в детстве читал!

 Если мяса с ножа
 Ты не ел ни куска,
 Если pуки сложа
 Наблюдал свысока,
 И в боpьбу не вступил
 С подлецом, с палачом,-
 Значит, в жизни ты был
 Ни пpи чем, ни пpи чем!
1975
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О БРОШЕННОМ КОРАБЛЕ

 
Капитана в тот день называли на "ты",
Шкипер с юнгой сравнялись в талантах;
Распрямляя хребты и срывая бинты,
Бесновались матросы на вантах.

 Двери наших мозгов
 Посрывало с петель
 В миражи берегов,
 В покрывала земель,
 Этих обетованных, желанных -
 И колумбовых, и магелланных.

 Только мне берегов
 Не видать и земель -
 С хода в девять узлов
 Сел по горло на мель!
 А у всех молодцов -
 Благородная цель...
 И в конце-то концов -
 Я ведь сам сел на мель.

И ушли корабли - мои братья, мой флот,-
Кто чувствительней - брызги сглотнули.
Без меня продолжался великий поход,
На меня ж парусами махнули.

 И погоду и случай
 Безбожно кляня,
 Мои пасынки кучей
 Бросали меня.
 Вот со шлюпок два залпа - и ладно!-
 От Колумба и от Магеллана.

 Я пью пену - волна
 Не доходит до рта,
 И от палуб до дна
 Обнажились борта,
 А бока мои грязны -
 Таи не таи,-
 Так любуйтесь на язвы
 И раны мои!

Вот дыра у ребра - это след от ядра,
Вот рубцы от тарана, и даже
Видны шрамы от крючьев - какой-то пират
Мне хребет перебил в абордаже.

 Киль - как старый неровный
 Гитаровый гриф:
 Это брюхо вспорол мне
 Коралловый риф.
 Задыхаюсь, гнию - так бывает:
 И просоленное загнивает.

 Ветры кровь мою пьют
 И сквозь щели снуют
 Прямо с бака на ют,-
 Меня ветры добьют:
 Я под ними стою
 От утра до утра,-
 Гвозди в душу мою
 Забивают ветра.

И гулякой шальным все швыряют вверх дном
Эти ветры - незваные гости,-
Захлебнуться бы им в моих трюмах вином
Или - с мели сорвать меня в злости!

 Я уверовал в это,
 Как загнанный зверь,
 Но не злобные ветры
 Нужны мне теперь.
 Мои мачты - как дряблые руки,
 Паруса - словно груди старухи.

 Будет чудо восьмое -
 И добрый прибой
 Мое тело омоет
 Живою водой,
 Моря божья роса
 С меня снимет табу -
 Вздует мне паруса,
 Словно жилы на лбу.

Догоню я своих, догоню и прощу
Позабывшую помнить армаду.
И команду свою я обратно пущу:
Я ведь зла не держу на команду.

 Только, кажется, нет
 Больше места в строю.
 Плохо шутишь, корвет,
 Потеснись - раскрою!

 Как же так - я ваш брат,
 Я ушел от беды...
 Полевее, фрегат,-
 Всем нам хватит воды!

 До чего ж вы дошли:
 Значит, что - мне уйти?!
 Если был на мели -
 Дальше нету пути?!
 Разомкните ряды,
 Все же мы - корабли,-
 Всем нам хватит воды,
 Всем нам хватит земли,
 Этой обетованной, желанной -
 И колумбовой, и магелланной!

1970
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О ВОЛЬНЫХ СТРЕЛКАХ

 
 Если рыщут за твоею
 Непокорной головой,
 Чтоб петлей худую шею
 Сделать более худой,
 Нет надежнее приюта -
 Скройся в лес, не пропадешь,
 Если продан ты кому-то
 С потрохами ни за грош.

 Бедняки и бедолаги,
 Презирая жизнь слуги,
 И бездомные бродяги,
 У кого одни долги, -
 Все, кто загнан, неприкаян,
 В этот вольный лес бегут,
 Потому что здесь хозяин -
 Славный парень Робин Гуд!

 Здесь с полслова понимают,
 Не боятся острых слов,
 Здесь с почетом принимают
 Оторви-сорви-голов.
 И скрываются до срока
 Даже рыцари в лесах:
 Кто без страха и упрека -
 Тот всегда не при деньгах.

 Знают все оленьи тропы,
 Словно линии руки,
 В прошлом слуги и холопы,
 Ныне - вольные стрелки.
 Здесь того, кто все теряет,
 Защитят и сберегут.
 По лесной стране гуляет
 Славный парень Робин Гуд!

 И живут да поживают,
 Всем запретам вопреки,
 И ничуть не унывают
 Эти вольные стрелки.
 Спят, укрывшись звездным небом,
 Мох под ребра подложив.
 Им, какой бы холод ни был, 
 Жив - и славно, если жив.

 Но вздыхают от разлуки,-
 Где-то дом и клок земли,-
 Да поглаживают луки,
 Чтоб в бою не подвели.
 И стрелков не сыщешь лучших.
 Что же завтра, где их ждут? -
 Скажет лучший в мире лучник,
 Славный парень Робин Гуд!
1975
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О ВРЕМЕНИ

 
Замок временем срыт и укутан, укрыт
В нежный плед из зеленых побегов,
Но развяжет язык молчаливый гранит -
И холодное прошлое заговорит
О походах, боях и победах.

 Время подвиги эти не стерло:
 Оторвать от него верхний пласт
 Или взять его крепче за горло -
 И оно свои тайны отдаст.

 Упадут сто замков и спадут сто оков,
 И сойдут сто потов целой груды веков,-
 И польются легенды из сотен стихов
 Про турниры, осады, про вольных стрелков.

 Ты к знакомым мелодиям ухо готовь
 И гляди понимающим оком,-
 Потому что любовь - это вечно любовь,
 Даже в будущем вашем далеком.

Звонко лопалась сталь под напором меча,
Тетива от натуги дымилась,
Смерть на копьях сидела, утробно урча,
В грязь валились враги, о пощаде крича,
Победившим сдаваясь на милость.

 Но не все, оставаясь живыми,
 В доброте сохраняли сердца,
 Защитив свое доброе имя
 От заведомой лжи подлеца.

 Хорошо, если конь закусил удила
 И рука на копье поудобней легла,
 Хорошо, если знаешь - откуда стрела,
 Хуже - если по-подлому, из-за угла.

 Как у вас там с мерзавцеми? Бьют? Поделом!
 Ведьмы вас не пугают шабашем?
 Но не правда ли, зло называется злом
 Даже там - в добром будущем вашем?

И вовеки веков, и во все времена
Трус, предатель - всегда презираем,
Враг есть враг, и война все равно есть война,
И темница тесна, и свобода одна -
И всегда на нее уповаем.

 Время эти понятья не стерло,
 Нужно только поднять верхний пласт -
 И дымящейся кровью из горла
 Чувства вечные хлынут на нас.

 Ныне, присно, во веки веков, старина,-
 И цена есть цена, и вина есть вина,
 И всегда хорошо, если честь спасена,
 Если другом надежно прикрыта спина.

 Чистоту, простоту мы у древних берем,
 Саги, сказки - из прошлого тащим,-
 Потому, что добро остается добром -
 В прошлом, будущем и настоящем!
1975
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О ГИПСЕ

 
 

 Нет острых ощущений - все старье, гнилье и хлам,-
 Того гляди, с тоски сыграю в ящик.
 Балкон бы, что ли, сверху, иль автобус - пополам,-
 Вот это дело, это подходяще!

 Повезло! Наконец повезло! -
 Видит бог, что дошел я до точки! -
 Самосвал в тридцать тысяч кило
 Мне скелет раздробил на кусочки!

 Вот лежу я на спине
 Загипсованный,-
 Каждый член у мене -
 Расфасованный
 По отдельности
 До исправности,-
 Все будет в целости
 И в сохранности!

 Эх, жаль, что не роняли вам на череп утюгов,-
 Скорблю о вас - как мало вы успели! -
 Ах, это просто прелесть - сотрясение мозгов,
 Ах, это наслажденье - гипс на теле!

 Как броня - на груди у меня,
 На руках моих - крепкие латы,-
 Так и хочется крикнуть: "Коня мне, коня!"-
 И верхом ускакать из палаты!

 И лежу я на спине
 Загипсованный,-
 Каждый член у мене -
 Расфасованный
 По отдельности
 До исправности,-
 Все будет в целости
 И в сохранности!

 Задавлены все чувства - лишь для боли нет преград,-
 Ну что ж, мы сами часто чувства губим,-
 Зато я, как ребенок, - весь спеленутый до пят
 И окруженный человеколюбием!

 Под влияньем сестрички ночной
 Я любовию к людям проникся -
 И, клянусь, до доски гробовой
 Я б остался невольником гипса!

 И лежу я на спине
 Загипсованный,-
 Каждый член у мене -
 Расфасованный
 По отдельности
 До исправности,-
 Все будет в целости
 И в сохранности!

 Вот хорошо б еще, чтоб мне не видеть прежних снов:
 Они - как острый нож для инвалида,-
 Во сне я рвусь наружу из-под гипсовых оков,
 Мне снятся свечи, рифмы и коррида...

 Ах, надежна ты, гипса броня,
 От того, кто намерен кусаться!
 Но одно угнетает меня:
 Что никак не могу почесаться,-

 Что лежу я на спине
 Загипсованный,-
 Каждый член у мене -
 Расфасованный
 По отдельности
 До исправности,-
 Все будет в целости
 И в сохранности!

 Так, я давно здоров, но не намерен гипс снимать:
 Пусть руки стали чем-то вроде бивней,
 Пусть ноги истончали - мне на это наплевать,-
 Зато кажусь значительней, массивней!

 Я под гипсом хожу ходуном,
 Наступаю на пятки прохожим,-
 Мне удобней казаться слоном
 И себя ощущать толстокожим!

 И по жизни я иду,
 Загипсованный,-
 Каждый член у мене -
 Расфасованный
 По отдельности
 До исправности,-
 Все будет в целости
 И в сохранности!
1972
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О ДЕТСТВЕ

 
 Час зачатья я помню неточно.
 Значит, память моя однобока.
 Но зачат я был ночью, порочно,
 И явился на свет не до срока.
 Я рождался не в муках, не в злобе,
 Девять месяцев - это не лет.
 Первый срок отбывал я в утробе:
 Ничего там хорошего нет.

 Спасибо вам святители, что плюнули да дунули,
 Что вдруг мои родители зачать меня задумали,
 В те времена укромные, теперь почти былинные,
 Когда срока огромные брели в этапы длинные.
 Их брали в ночь зачатия, а многих даже ранее,
 А вот живет же братия - моя честна компания.

 Ходу, думушки резвые, ходу,
 Слово, строченьки, милые, слово!
 В первый раз получил я свободу
 По указу от тридцать восьмого.
 Знать бы мне, кто так долго мурыжил -
 Отыгрался бы на подлеце,
 Но родился и жил я и выжил,
 Дом на Первой Мещанской в конце.

 Там за стеной, за стеночкою, за перегородочкой
 Соседушка с соседушкою баловались водочкой.
 Все жили вровень, скромно так: система коридорная,
 На тридцать восемь комнаток всего одна уборная.
 Здесь зуб на зуб не попадал, не грела телогреечка.
 Здесь я доподлинно узнал, почем она, копеечка.

 Не боялась сирены соседка,
 И привыкла к ней мать понемногу.
 И плевал я, здоровый трехлетка,
 На воздушную эту тревогу.
 Да не все то, что сверху от бога -
 И народ зажигалки тушил.
 И, как малая фронту подмога,
 Мой песок и дырявый кувшин.

 И било солнце в три ручья, сквозь дыры крыш просеяно
 На Евдоким Кириллыча и Кисю Моисеевну.
 Она ему: Как сыновья? - Да без вести пропавшие!
 Эх, Киська, мы одна семья, вы тоже пострадавшие.
 Вы тоже пострадавшие, а значит обрусевшие.-
 Мои - без вести павшие, твои - безвинно севшие.

 Я ушел от пеленок и сосок,
 Поживал - не забыт, не заброшен.
 И дразнили меня "недоносок",
 Хоть и был я нормально доношен.
 Маскировку пытался срывать я,
 - Пленных гонят,- чего ж мы дрожим?
 Возвращались отцы наши, братья
 По домам, по своим да чужим.

 У тети Зины кофточка с драконами, да змеями -
 То у Попова Вовчика отец пришел с трофеями.
 Трофейная Япония, трофейная Германия:
 Пришла страна Лимония - сплошная чемодания.
 Взял у отца на станции погоны, словно цацки, я,
 А из эвакуации толпой валили штатские.

 Осмотрелись они, оклемались,
 Похмелились, потом протрезвели.
 И отплакали те, кто дождались,
 Недождавшиеся отревели.
 Стал метро рыть отец Витькин с Генкой,
 Мы спросили:- зачем? - Он в ответ,
 Мол, коридоры кончаются стенкой,
 А тоннели выводят на свет.

 Пророчество папашино не слушал Витька с корешом:
 Из коридора нашего в тюремный коридор ушел.
 Да он всегда был спорщиком, припрешь к стене - откажется
 Прошел он коридорчиком и кончил стенкой, кажется.
 Но у отцов свои умы, а что до нас касательно,
 На жизнь засматривались мы вполне самостоятельно.

 Все - от нас до почти годовалых
 Толковищу вели до кровянки,
 А в подвалах и полуподвалах
 Ребятишкам хотелось под танки.
 Не досталось им даже по пуле,
 В ремеслухе живи не тужи.
 Ни дерзнуть, ни рискнуть, но рискнули -
 Из напильников сделать ножи.

 Они воткнутся в легкие
 От никотина черные,
 По рукоятки легкие трехцветные наборные.
 Вели дела отменные сопливые острожники.
 На стройке немцы пленные на хлеб меняли ножики.
 Сперва играли в фантики в пристенок с крохоборами,
 И вот ушли романтики из подворотен ворами.

 Было время и были подвалы,
 Было дело и цены снижали.
 И текли, куда надо, каналы
 И в конце, куда надо, впадали.
 Дети бывших старшин да майоров
 До бедовых широт поднялись,
 Потому, что из всех коридоров
 Им казалось сподручнее вниз.
1975
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О КОКИЛЬОНЕ

 
 Жил-был
 учитель скромный Кокильон.
 Любил
 наукой баловаться он.

 Земной поклон за то, что он
 Был в химию влюблен,
 И по ночам над чем-то там 
 Химичил Кокильон.

 Но, мученик науки гоним и обездолен,
 Всегда в глазах толпы он - алхимик-шарлатан,-
 И из любимой школы в два счета был уволен,
 Верней, в три шеи выгнан непонятый титан.

 Титан
 лабораторию держал
 И там
 творил и мыслил, и дерзал.

 За просто так, не за мильон,
 В двухсуточный бульон
 Швырнуть сумел все, что имел,
 Великий Кокильон.

 
 Да мы бы забросали каменьями Ньютона,
 Мы б за такое дело измазали в смоле!
 Но случай не дозволил плевать на Кокильона,-
 Однажды в адской смеси заквасилось желе.

 Бульон
 изобретателя потряс,-
 Был он -
 ничто: не жидкость и не газ.

 И был смущен и потрясен,
 И даже удивлен.
 "Эге! Ха-ха! О эврика!"-
 Воскликнул Кокильон.

 Три дня он развлекался игрой на пианино,
 На самом дне в сухом вине он истину искал...
 Вдруг произнес он внятно: "Какая чертовщина!.."-
 И твердою походкою он к дому зашагал.

 Он днем
 был склонен к мыслям и мечтам,
 Но в нем
 кипели страсти по ночам.

 И вот, на поиск устремлен,
 Мечтой испепелен,
 В один момент в эксперимент
 Включился Кокильон.

 Душа его просила, и плоть его хотела
 До истины добраться, до цели и до дна,-
 Проверить состоянье таинственного тела,
 Узнать, что он такое: оно или она?

 Но был
 и в этом опыте изъян -
 Забыл
 фанатик намертво про кран.

 В погоне за открытьем он
 Был слишком воспален -
 И вдруг нажал ошибочно
 На крантик Кокильон.

 И закричал, безумный: "Да это же коллоид!
 Не жидкость это, братцы,- коллоидальный газ!"
 Вот так, блеснув в науке, как в небе астероид,
 Взорвался - и в шипенье безвременно угас.

 И вот -
 так в этом газе он лежит,
 Народ
 его открытьем дорожит.

 Но он не мертв - он усыплен,-
 Разбужен будет он
 Через века. Дремли пока,
 Великий Кокильон!

 А мы, склонив колени, глядим благоговейно.
 Таких, как он, немного - четыре на мильон!
 Возьмем Ньютона, Бора и старика Эйнштейна,
 Вот три великих мужа,- четвертый - Кокильон!
1974
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О КОРОТКОЙ ШЕЕ

 
 Полководец с шеею короткой
 Должен быть в любые времена:
 Чтобы грудь - почти от подбородка,
 От затылка - сразу чтоб спина.

 На короткой незаметной шее
 Голове уютнее сидеть,-
 И душить значительно труднее,
 И арканом не за что задеть.

 А они вытягивают шеи
 И встают на кончики носков:
 Чтобы видеть дальше и вернее -
 Нужно посмотреть поверх голов.

 Все, теперь ты - темная лошадка,
 Даже если видел свет вдали,-
 Поза - неустойчива и шатка,
 И открыта шея для петли.

 И любая подлая ехидна
 Сосчитает позвонки на ней,-
 Дальше видно, но - недальновидно
 Жить с открытой шеей меж людей.

 ...Вот какую притчу о Востоке
 Рассказал мне старый аксакал.
 "Даже сказки здесь - и те жестоки",-
 Думал я - и шею измерял.
1973
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О КОРОТКОМ СЧАСТЬЕ

 
Трубят рога: скорей, скорей!-
И копошится свита.
Душа у ловчих без затей,
Из жил воловьих свита.

Ну и забава у людей -
Убить двух белых лебедей!
И стрелы ввысь помчались...
У лучников наметан глаз,-
А эти лебеди как раз
Сегодня повстречались.

Она жила под солнцем - там,
Где синих звезд без счета,
Куда под силу лебедям
Высокого полета.

Ты воспари - крыла раскинь -
В густую трепетную синь.
Скользи по божьим склонам,-
В такую высь, куда и впредь
Возможно будет долететь
Лишь ангелам и стонам.

Но он и там ее настиг -
И счастлив миг единый,-
Но может, был тот яркий миг
Их песней лебединой...

Двум белым ангелам сродни,
К земле направились они -
Опасная повадка!
Из-за кустов, как из-за стен,
Следят охотники за тем,
Чтоб счастье было кратко.

Вот утирают пот со лба
Виновники паденья:
Сбылась последняя мольба -
"Остановись, мгновенье!"

Так пелся вечный этот стих
В пик лебединой песне их -
Счастливцев одночасья:
Они упали вниз вдвоем,
Так и оставшись на седьмом,
На высшем небе счастья.

1975
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О ЛЮБВИ

 
Когда вода всемирного потопа
Вернулась вновь в границы берегов,
Из пены уходящего потока
На берег тихо выбралась любовь
И растворилась в воздухе до срока,
А срока было сорок сороков.

И чудаки - еще такие есть -
Вдыхают полной грудью эту смесь.
И ни наград не ждут, ни наказанья,
И, думая, что дышат просто так,
Они внезапно попадают в такт
Такого же неровного дыханья...

Только чувству, словно кораблю,
Долго оставаться на плаву,
Прежде чем узнать, что "я люблю",-
То же, что дышу, или живу!

И вдоволь будет странствий и скитаний,
Страна Любви - великая страна!
И с рыцарей своих для испытаний
Все строже станет спрашивать она.
Потребует разлук и расстояний,
Лишит покоя, отдыха и сна...

Но вспять безумцев не поворотить,
Они уже согласны заплатить.
Любой ценой - и жизнью бы рискнули,
Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
Волшебную невидимую нить,
Которую меж ними протянули...

Свежий ветер избранных пьянил,
С ног сбивал, из мертвых воскрешал,
Потому что, если не любил,
Значит, и не жил, и не дышал!

Но многих захлебнувшихся любовью,
Не докричишься, сколько не зови...
Им счет ведут молва и пустословье,
Но этот счет замешан на крови.
А мы поставим свечи в изголовье
Погибшим от невиданной любви...

Их голосам дано сливаться в такт,
И душам их дано бродить в цветах.
И вечностью дышать в одно дыханье,
И встретиться со вздохом на устах
На хрупких переправах и мостах,
На узких перекрестках мирозданья...

Я поля влюбленным постелю,
Пусть поют во сне и наяву!
Я дышу - и значит, я люблю!
Я люблю - и, значит, я живу!
1975
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О МАЛЕНЬКОМ ЧЕЛОВЕКЕ

 
 Погода славная,
 А это главное.
 И мне на ум пришла мыслишка презабавная,-
 Но не о господе
 И не о космосе -
 Все эти новости уже обрыдли до смерти.

 Сказку, миф, фантасмагорию
 Пропою вам с хором ли, один ли,-
 Слушайте забавную историю
 Некоего мистера Мак-Кинли -

 Не супермена, не ковбоя, не хавбека,
 А просто маленького, просто человека.

 Кто он такой - герой ли, сукин сын ли -
 Наш симпатичный господин Мак-Кинли,-
 Валяйте выводы, составьте мнение
 В конце рассказа в меру разумения.

 Ну что, договорились? Если так -
 Привет! Буэнос диас! Гутен таг!

 Ночуешь в спаленках
 В обоях аленьких
 И телевиденье глядишь для самых маленьких.
 С утра полчасика
 Займет гимнастика -
 Прыжки, гримасы, отжимание от пластика.

 И трясешься ты в автобусе,
 На педали жмешь, гремя костями,-
 Сколько вас на нашем тесном глобусе
 Весело работает локтями!
 Как наркоманы - кокаин, и как больные,
 В заторах нюхаешь ты газы выхлопные.

 Но строен ты - от суеты худеют,
 Бодреют духом, телом здоровеют.
 Через собратьев ты переступаешь,
 Но успеваешь, все же успеваешь

 Знакомым огрызнуться на ходу:
 "Салют! День добрый! Хау ду ю ду!"

 Для созидания
 В коробки-здания
 Ты заползаешь, как в загоны на заклание.
 В поту и рвении,
 В самозабвении
 Ты создаешь - творишь и рушишь в озарении.

 Люди, власти не имущие!
 Кто-то вас со злого перепою,
 Маленькие, но и всемогущие,-
 Окрестил безликою толпою.

 Будь вы на поле, у станка, в конторе, в классе,-
 Но вы причислены к какой-то серой массе.

 И в перерыв - в час подлинной свободы -
 Вы наскоро жуете бутерброды.
 Что ж, эти сэндвичи - предметы сбыта.
 Итак, приятного вам аппетита!

 Нелегкий век стоит перед тобой,
 И все же - гутен морген, дорогой!

 Дела семейные,
 Платки нашейные,
 И пояса, и чудеса галантерейные,-
 Цена кусается,
 Жена ласкается,-
 Махнуть рукою - да рука не подымается.

 Цену вежливо и тоненько
 Пропищит волшебник-трикотажник,-
 Ты с невозмутимостью покойника
 Наизнанку вывернешь бумажник.

 Все ваши будни, да и праздники - морозны,
 И вы с женою, как на кладбище, серьезны.

 С холодных стен - с огромного плаката
 На вас глядят веселые ребята,
 И улыбаются во всех витринах
 Отцы семейств в штанах и лимузинах.

 Откормленные люди на щитах
 Приветствуют по-братски: "Гутен таг!"

 Откуда денежка?
 Куда ты денешься?
 Тебе полвека, друг, а ты еще надеешься?
 Не жди от ближнего -
 Моли всевышнего,-
 Уж он тебе всегда пошлет ребенка лишнего!

 Трое, четверо и шестеро...
 Вы, конечно, любите сыночков!
 Мировое детское нашествие
 Бестий, сорванцов и ангелочков!

 Ты улыбаешься обложкам и нарядам,
 Но твердо веришь: удивительное рядом.

 Не верь, старик, что мы за все в ответе,
 Что дети где-то гибнут - те, не эти:
 Чуть-чуть задуматься - хоть вниз с обрыва,-
 А жить-то надо, надо жить красиво!

 Передохни, расслабься - перекур!
 Гуд дэй, дружище! Пламенный бонжур!

 Ах, люди странные,
 Пустокарманные,
 Вы, постоянные клиенты ресторанные,-
 Мошны бездонные,
 Стомиллионные -
 Вы наполняете, вы, толпы стадионные!

 И ничто без вас не крутится -
 Армии, правительства и судьи,
 Но у сильных в горле, словно устрицы,
 Вы скользите, маленькие люди!

 И так о маленьком пекутся человеке,
 Что забывают лишний ноль вписать на чеке.

 Ваш кандидат - а в прошлом он лабазник -
 Вам иногда устраивает праздник.
 И не безлики вы, и вы - не тени,
 Коль надо бросить в урны бюллетени!

 А "маленький" - хорошее словцо,-
 Кто скажет так - ты плюнь ему в лицо,-
 Пусть это слово будет не в ходу!
 Привет, Мак-Кинли! Хау ду ю ду!
1974
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О МАНЕКЕНАХ

 
 Семь дней усталый старый Бог
 В запале, в зашоре, в запаре
 Творил убогий наш лубок
 И каждой твари - по паре.

 Ему творить - потеха,
 И вот, себе взамен
 Бог создал человека,
 Как пробный манекен.

 Идея эта не нова,
 Но не обхаяна никем -
 Я докажу как дважды два -
 Адам был первый манекен.

 А мы! Ошметки хромосом,
 Огрызки божественных генов -
 Идем проторенным путем
 И создаем манекенов.

 Лишенные надежды
 Без мук творить - живых,
 Рядим в свои одежды
 Мы кукол восковых.

 Ругать меня повремени,
 А оглянись по сторонам -
 Хоть нам подобные они,
 Но не живут подобно нам.

 Твой нос расплюснут на стекле,
 Глазеешь - и ломит в затылке,
 А там сидят они в тепле
 И скалят зубы в ухмылке.

 Вон тот кретин в халате
 Смеется над тобой:
 Мол, жив еще, приятель?
 Доволен ли судьбой?

 Гляди - красотка! Чем плоха?
 Загар и патлы до колен.
 Ее, закутанный в меха,
 Ласкает томный манекен.

 Их жизнь и вправду хороша,
 Их холят, лелеют и греют.
 Они не тратят ни гроша
 И плюс к тому - не стареют.

 Пусть лупят по башке нам,
 Толкают нас и бьют,
 Но куклам-манекенам
 Мы создали уют.

 Они так вежливы - взгляни!
 Их не волнует ни черта,
 И жизнерадостны они,
 И нам, безумным, не чета.

 Он никогда не одинок -
 В салоне, в постели, в бильярдной,-
 Невозмутимый, словно йог,
 Галантный и элегантный.

 Хочу такого плена,
 Свобода мне не впрок.
 Я вместо манекена
 Хочу пожить денек.

 На манекенские паи
 Согласен, черт меня дери!
 В приятный круг его семьи
 Смогу - хотите на пари!

 Я предлагаю смелый план
 Возможных сезонных обменов:
 Мы, люди,- в их бездушный клан,
 А вместо нас - манекенов.

 Но я готов поклясться,
 Что где-нибудь заест -
 Они не согласятся
 На перемену мест.

 Из них, конечно, ни один
 Нам не уступит свой уют:
 Из этих солнечных витрин
 Они без боя не уйдут.

 Сдается мне - они хитрят,
 И, тайно расправивши члены,
 Когда живые люди спят,
 Выходят в ночь манекены.

 Машины выгоняют
 И мчат так, что держись!
 Бузят и прожигают
 Свою ночную жизнь.

 Такие подвиги творят,
 Что мы за год не натворим,
 Но возвращаются назад...
 Ах, как завидую я им!

 Мы скачем, скачем вверх и вниз,
 Кропаем и клеим на стенах
 Наш главный лозунг и девиз:
 "Забота о манекенах!"

 Недавно был - читали? -
 Налет на магазин,
 В них сколько не стреляли -
 Не умер ни один.

 Его налогом не согнуть,
 Не сдвинуть повышеньем цен.
 Счастливый путь, счастливый путь,-
 Будь счастлив, мистер Манекен!

 Но, как индусы мы живем
 Надеждою смертных и тленных,
 Что если завтра мы умрем -
 Воскреснем вновь в манекенах!

 Так что не хнычь, ребята,-
 Наш день еще придет!
 Храните, люди, свято
 Весь манекенский род!

 Болезни в нас обострены,
 Уже не станем мы никем...
 Грядет надежда всей страны -
 Здоровый, крепкий манекен.
1974
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О НЕНАВИСТИ

 
Торопись - тощий гриф над страною кружит!
Лес - обитель твою - по весне навести!
Слышишь - гулко земля под ногами дрожит?
Видишь - плотный туман над полями лежит? -
Это росы вскипают от ненависти!

 Ненависть - в почках набухших томится,
 Ненависть - в нас затаенно бурлит,
 Ненависть - потом сквозь кожу сочится,
 Головы наши палит!

Погляди - что за рыжие пятна в реке,-
Зло решило порядок в стране навести.
Рукоятки мечей холодеют в руке,
И отчаянье бьется, как птица, в виске,
И заходится сердце от ненависти!

 Ненависть - юным уродует лица,
 Ненависть - просится из берегов,
 Ненависть - жаждет и хочет напиться
 Черною кровью врагов!

Да, нас ненависть в плен захватила сейчас,
Но не злоба нас будет из плена вести.
Не слепая, не черная ненависть в нас,-
Свежий ветер нам высушит слезы у глаз
Справедливой и подлинной ненависти!

 Ненависть - пей, переполнена чаша!
 Ненависть - требует выхода, ждет.
 Но благородная ненависть наша
 Рядом с любовью живет!
1975
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О ПЕРЕСЕЛЕНИИ ДУШ

 
 Кто верит в Магомета, кто - в Аллаха, кто - в Иисуса,
 Кто ни во что не верит - даже в черта, назло всем,-
 Хорошую религию придумали индусы:
 Что мы, отдав концы, не умираем насовсем.

 Стремилась ввысь душа твоя -
 Родишься вновь с мечтою,
 Но если жил ты как свинья -
 Останешься свиньею.

 Пусть косо смотрят на тебя - привыкни к укоризне,-
 Досадно - что ж, родишься вновь на колкости горазд.
 И если видел смерть врага еще при этой жизни,
 В другой тебе дарован будет верный зоркий глаз.

 Живи себе нормальненько -
 Есть повод веселиться:
 Ведь, может быть, в начальника
 Душа твоя вселится.

 Пускай живешь ты дворником - родишься вновь прорабом,
 А после из прораба до министра дорастешь,-
 Но, если туп, как дерево - родишься баобабом
 И будешь баобабом тыщу лет, пока помрешь.

 Досадно попугаем жить,
 Гадюкой с длинным веком,-
 Не лучше ли при жизни быть
 Приличным человеком?

 Так кто есть кто, так кто был кем?- мы никогда не знаем.
 С ума сошли генетики от ген и хромосом.
 Быть может, тот облезлый кот - был раньше негодяем,
 А этот милый человек - был раньше добрым псом.

 Я от восторга прыгаю,
 Я обхожу искусы,-
 Удобную религию
 Придумали индусы!
1969
» к списку 
» На отдельной странице

БАЛЛАДА О ЦВЕТАХ, ДЕРЕВЬЯХ И МИЛЛИОНЕРАХ

 
 В томленье одиноком
 В тени - не на виду -
 Под неусыпным оком
 Цвела она в саду.

 Маман - всегда с друзьями,
 Папа от них сбежал,
 Зато Каштан ветвями
 От взглядов укрывал.

 Высоко ль или низко
 Каштан над головой,-
 Но Роза-гимназистка
 Увидела - его.

 Нарцисс - цветок воспетый,
 Отец его - магнат,
 И многих Роз до этой
 Вдыхал он аромат.

 Он вовсе был не хамом -
 Изысканных манер.
 Мама его - гран-дама,
 Папа - миллионер.

 Он в детстве был опрыскан -
 Не запах, а дурман,-
 И Роза-гимназистка
 Вступила с ним в роман.

 И вот, исчадье ада,
 Нарцисс тот, ловелас,
 "Иди ко мне из сада!"-
 Сказал ей как-то раз.

 Когда еще так пелось?!
 И Роза, в чем была,
 Сказала: "Ах!" - зарделась -
 И вещи собрала.

 И всеми лепестками
 Вмиг завладел нахал.
 Маман была с друзьями,
 Каштан уже опал.

 Искала Роза счастья
 И не видала, как
 Сох от любви и страсти
 Почти что зрелый Мак.

 Но думала едва ли,
 Как душен пошлый цвет,-
 Все лепестки опали -
 И Розы больше нет.

 И в черном цвете Мака
 Был траурный покой.
 Каштан ужасно плакал,
 Когда расцвел весной.
1968
» к списку 
» На отдельной странице

 

Категория: Стихи | Добавил: aaa2158 (26.11.2015)
Просмотров: 103 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar